Истории нецензурные

Это сочинение было сдано двумя студентами одного из
американских университетов, Ребеккой и Гарри, после эксперимента,
проведенного преподавателем английского языка и литературы. Студентов
попросили написать рассказ-тандем: каждый студент должен был написать
один абзац на листе бумаги, и передать своему соседу по парте. Тот,
прочитав написанное, писал свой абзац в продолжение истории, передавал
лист обратно, и так далее. Получившийся рассказ должен был быть связным,
для чего студентов просили обязательно перечитать уже написанное.
Участникам строго запрещалось переговариваться между собой - таким
образом, все сказанное было отражено в их рассказе. Полученный рассказ
завершался только если оба автора соглашались о едином окончании.
Итак, рассказ Ребекки и Гарри:
(Ребекка:) Лаура никак не могла решить, какой же аромат чая ей больше
всего нравился. Ее любимый, ромашковый, с чашкой которого можно было так
приятно и успокаивающе свернуться под одеялом, теперь напоминал ей о
Роджере - ведь он как-то раз сказал, что ему нравился ромашковый чай.
Ах, прошли эти счастливые и спокойные времена... Она решила, наконец,
что не будет больше вспоминать о Роджере, хотя ее мысли возвращались к
нему снова и снова. Казалось, она не могла думать ни о чем другом. К
тому же, ее долго забытая астма снова начала напоминать о себе. Да,
ромашковый чай явно не годился.
(Гарри:) В это время, главный старший сержант Роджер Гаррис, командир
штурмового звена, которое в данный момент находилось на орбите
Скайлона-4, был озабочен делами гораздо более важными, и у него не было
времени размышлять о той пустоголовой невротичной астматичке по имени
Лаура, с которой он неплохо провел ночь около года назад. Он схватил
трансгалактический коммуникатор и отрывисто рявкнул: «Главный Старший
Сержант Гаррис вызывает Геостанцию 17. Вышли на полярную орбиту. Никаких
следов сопротивления пока... » Прежде чем он успел закончить отчет,
синий луч заряженных частиц выскользнул из темноты космоса и пробил
зияющую дыру в грузовом отсеке его корабля. Корабль тряхнуло, и Роджера
выбросило из сиденья так, что он перелетел через весь командный отсек.
(Ребекка:) Он сильно ударился затылком о переборку и умер практически
мгновенно, но перед этим он успел раскаяться о том, что физически
оскорблял и издевался над той единственной женщиной, которая его
полюбила. Вскоре, правительство Земли прекратило бессмысленную войну

Общие правила проведения опросов общественного мнения.
1. Тема опроса должна быть такой, чтобы народ гордился, что его мнением интересуются.
Хотя народ и так гордится, когда его о чём-то спрашивают. А если народ вообще ни о чём не спрашивать, то он может обидеться и сам начать задавать ненужные вопросы.
2. Вопрос должен быть правильно сформулирован, чтобы получить на него правильные ответы, и после этого ещё более правильно их
интерпретировать.
К примеру, вместо вопроса "За кого вы хотели бы голосовать?", следует спрашивать "За кого вы будете голосовать?".
Таким образом народ честно ответит, за кого он точно не будет
голосовать, а заказчик легитимно докажет этими ответами, как народ его горячо поддерживает.
3. Набор ответов на вопрос должен быть построен так, чтобы желательные мнения народа концентрировались в одном пункте, а нежелательные распылялись по многим.
К примеру при вопросе "Что будет, если вернуть прямые выборы
губернаторов?" надо предложить один желательный ответ типа "Будет только хуже" и несколько нежелательных: "Будет лучше, когда народ сможет правильно оценивать кандидатов",

Когда служил срочную, первые 5 месяцев был в учебке. Здание учебки
Екатерининских времен в три этажа с высоченными потолками, толщина стен около 1, 5м и расположено буквой "П". Внутри заасфальтированный плац, а посередине пень от дуба в несколько обхватов... (на к селу, ни к городу). Ну и соответственно ком. учебки дал команду пень ликвидировать...
На это дело вызвался прапор, доложив, что он сапер

Короче, работаю в очень крутой конторе, все на всех стучат, и не дай бог что. Вчера скачал и поставил на заставку спящего и жутко храпящего мужика. Сижу один. Перед обедом чуток кино глянул и потом пошел обедать, громкость естественно не убавил...
Возвращаюсь с обеда, на меня милиция на посте посмотрела и потом как заржет, я в непонятках. Поднимаюсь на этаж, у кабинета моего стоит кадровик, большой начальник и рабочие и пытаться

Однажды девчонки пригласили меня на девичник! Я пообещала мужу, что в двенадцать буду как штык.
Шампанское было восхитительное и время пролетело как то незаметно. Приехав домой пьяная в хлам, я тихонько открыла входную дверь и кукушка в настенных часах прокуковала ровно 4 раза. Я не растерявшись, голосом кукушки прокуковала еще 8 раз, и удивляясь своей сообразительности и смекалке, пошла спать.
На следующий день за завтраком муж спросил меня во сколько я вернулась. Ответив ему невозмутимым голосом, что ровно в 12,

Работал я однажды в женском коллективе. Помимо всяких там плюсов и минусов, у меня была почетная обязанность, - под Новый Год изображать из себя Деда Мороза. Ездил я по квартирам наших сотрудниц и раздавал детям подарки. Надо сказать, обязанность была мне не в тягость, дети – народ забавный, с ними не соскучишься. Один случай особенно запомнился.
Пришел я к одной из наших сотрудниц с подарком для ее дочки Юли. Очень приличная семья, - интеллигентная мама, непьющий папа, благообразная бабушка. И в центре всего этого – Юленька. Чувствуется, что все в ней души не чают и вкладываются в Юлю изо всех сил. И Юленька развита не по возрасту. Речь правильная, слова выговаривает старательно, а песенок и стишков знает – любого школьника за пояс заткнет. Понравилась мне эта девочка. И Дед Мороз ей понравился. Знаете, так бывает, что есть у людей
контакт. Она уже и песенку спела и стишок рассказала, и станцевала, ну, вся программа выполнена, пора бы мне дальше идти, а ей не хочется, чтобы Дед Мороз уходил, да и мне общаться с ней

Телефон у меня на рабочем месте тихий и застенчивый. Удавил ему громкость звука, после того, как от неожиданной трели пролил себе на штаны горячий кофе. Я его вообще тогда хотел об стенку швырнуть, да он не мой.
Вот и сейчас, каким-то извиняющимся голоском попросил меня снять трубку.
-Да, - я с лёгким раздражением выплюнул в трубку слово. Не люблю, когда мне звонят.
- Сергей, долбо:::бушка, здравствуй, это Наташа, - голос был знаком, но кто это, я вспомнить не мог. К тому же я не понимал, что за Наташа звонит мне на работу, и почему она так фамильярничает? На мой взгляд, что бы сказать мне «долбо:::бушка», мы должны быть близки.
-Э-э-э-э…какая Наташа?
В трубке раздалось сосредоточенное сопение.
- Сергей Анатольевич! Вы, кажется, последнюю память пропили… Наташа Свистунова.
Опа!
Я вспомнил, что и верно: бывшая моя пассия знала рабочий телефон.
- Нат, здравствуй, милая… а чего не на мобильник звонишь?
-Да тебя дозвонишься…постоянно занято.
Я вытащил из кармана трубку и взглянул на дисплей телефона. На нём нагло жирнела восьмёрка. Ага, понятно: опять пихнул в карман до включения блокировки.
- Да, бывает. Работы вал, звонят один за другим. Слушаю тебя.
В трубке зашипела неизвестного происхождения пузырьками пауза.
- А я тебя на свидание пригласить хочу.
О как!
- На свидание? Кхм. Старая любовь не умирает? Носок мой грязный под кроватью нашла что ли?
- Да ну тебя! Если уж тебя коробит слово «свидание», то считай, что просто приглашаю пивка попить. Пятница, опять же.
Что ж, вполне резонная аргументация. Кроме того, мне любопытно стало, чего же она от меня хочет-то?
- Где?
- Ну, то кафе, рядом с моим домом, помнишь? Во сколько будешь?
- В восемь, - вспомнив наглую цифру, сказал я, и дал отбой.
Хорошая девушка. Даже жили вместе. Недоверие к ней у меня родилось после её фразы «а у меня на ногах волосики такие мягкие, что можно мужской бритвой пользоваться». А я-то думал, почему у меня так быстро лезвия засираются?
***
Пунктуальностью Наталья никогда не страдала. Посему к её появлению, я успел благоразумно принять два литра пива и сто пятьдесят непонятной жидкости, сильно напоминавшей разбавленную водку.
Наконец она появилась. Вернее не она, а они. Наталью сопровождала подруга.
«Симпатичная, засранка» - отметил я.
- Знакомься, Ирина, - представила ту Наталья.
Расположились за столом. Уставились в меню. Молча, и как-то яростно, как будто от их выбора зависела судьба поколения. Я рассматривал их поочерёдно, и задумчиво прихлёбывал пиво.
Когда принесли заказ, продолжали молчать. Я не спешил делать выразительного лица, посылающего мессадж «ну, и какого х:::я?». Мне было уютно и спокойно. Бывают такие моменты, в которые полностью теряешь мысли, реакции на внешние раздражители, вобщем, всё то, что мешает спокойно существовать. Но всему приходит конец.
- Сергей, дело у меня...у нас к тебе деликатное..- начала неуверенно Наталья.
-Трихаманоз что ли поймали? Это ерунда. Две таблетки Ципролет 250, и порядок.
Девушка внимательно посмотрела на меня:
-Ты что, уже пьян?
Я пожал плечами.
-Да нет ещё, вроде... но если ты так хочешь...
Наташа набрала полную грудь воздуха и выпалила залпом, как будто сто грамм спирта в себя опрокинула:
- Я – лесбиянка. И я люблю Ирину. Понимаешь?
- Понима-а-а-ю, - пристальна разглядывая Ирину, протянул я.
Ната ревниво дёрнула губками.
- Мы хотим ребёнка. А ещё лучше – каждой по ребёнку.
Никогда не верил в совершенство этого мира.
- Солнышко, можно я водки выпью? Лесбиянки–педофилки - это даже для меня круто.
Да и причём тут ?? Киднеппингом не занимаюсь, вроде, - я пожал плечами и стал наливать себе водки.
Девушка стопорнулась.
- Ты совсем осёл? Какой киднеппинг? Мы от тебя детей хотим, от тебя, обормот!
Я откинулся на спинку стула. Слегка попустило.
- А почему от меня, я же обормот?
- Да не знаю я других мудаков, которые бы согласились стать суррогатными отцами. А из банка спермы материал брать – налететь можно нешуточно. Да и дорого это.
Интересно, а когда Наталья уговорила себя, что она лесбиянка? До встречи с Ирой, или после? Думаю, что – до. Сначала стала адептом ориентации, а потом занялась прозелитизмом.
Враки, что человек думает мозгом. Человек думает гормонами. Позже, вспоминая свою полупьяную скороговорку «говновопрос-мараторий на бухло две недели-минералка-натуральные соки-зарядку по утрам», мне становилось стыдно. Такие дела.
***
Странная штука – время. Когда его некуда девать, оно тянется, как резинка от трусов – думаешь, что вот-вот оборвётся, а она тянется и тянется, и, как правило, момент обрыва упускается, и получаешь по пальцам пребольно. Когда же определённая дата тебе неприятна, то она приближается крайне быстро, «бл:::» не успеваешь шепнуть.
Мобильник подпрыгнул на журнальном столике и